Как города могут подготовиться к стихийным бедствиям

В России материальный ущерб от природных чрезвычайных ситуаций в 2020 году составил 12 млрд рублей

Большинство современных мегаполисов строились без учета возможного воздействия на них стихий. При этом масштабы последствий природных катаклизмов стремительно увеличиваются, и городам приходится оперативно решать, как защищаться от наводнений и землетрясений. Городской планировщик, урбанист, управляющий партнер компании «Новая земля» (консалтинг в сфере городского и территориального развития) Григорий Соломин рассказал Plus-one.ru, как в паводок продолжать готовить барбекю на берегу реки, почему Иркутской области грозит массовое неконтролируемое разрушение 1 млн кв. м жилья и почему муниципальные бюджеты терпят убыток из-за уничтожения экологических каркасов городов.

Лесные пожары в Якутии и Сибири, наводнение в Тулуне и паводки в Приморском крае, аномальные снегопады в Москве — список природных катастроф в России можно продолжать долго. Только за 2020 год материальный ущерб от чрезвычайных экологических ситуаций в стране составил 12 млрд рублей. И это не считая долгосрочных последствий, которые сложно измерить деньгами. Так, восстановление сгоревших лесов займет больше 100 лет.

Экстремальные погодные явления во всем мире становятся нормой, и пока населенные пункты не умеют с этим справляться. Во многом так происходит из-за того, что городские системы были созданы совершенно в другой логике: чтобы противостоять природе и черпать ее ресурс. Поворачивать вспять реки, воплощая амбициозные проекты гидроэлектростанций, размещать целые пояса вредных производств в мегаполисах — весь прошлый век достижения промышленности строились вокруг того, чтобы брать по максимуму за ограниченный срок службы. Сегодня во всем мире на смену эксплуатации природных ресурсов приходит приверженность принципам устойчивого развития. Экспертам еще предстоит договориться о терминах, но ООН емко сформулировала 17 целей устойчивого развития, которые должны быть достигнуты за 15 лет. В их числе уменьшение воздействий на природу, сохранение экосистем суши и океана, поддержание биологического разнообразия.

В концепции устойчивого развития заложено два важных принципа. Первый заключается в том, что современные города должны научиться справляться со своими потребностями, не лишая такой же возможности следующие поколения. В России больше 1000 городов, и около 60–80% из них пока работают совершенно иначе. Согласно второму принципу природа и человек больше не противоборствующие стихии, а единая экосистема, где главная задача — научиться адаптироваться друг к другу. Как, основываясь на этих принципах, города могут справляться со стихийными бедствиями, которые становятся новой нормой?

Барбекю в паводок

По данным МЧС, в 2020 году в России затопило 2,4 тыс. жилых домов, в которых проживали почти 10 тыс. человек. Будучи совершенно не приспособленными к разливу рек, дома, постройки, открытые территории оказываются под слоем воды. Даже один ливень способен вывести из строя целый город: в конце июля текущего года в Сочи после дождя по улицам плавали автомобили, набережные были закрыты, а власти были готовы начать эвакуацию районов. Конечно, все это мало похоже на устойчивость. Что, если бы города были готовы к такому развитию событий? Один из рецептов — «паводковая инфраструктура». На территории, которая подвержена затоплениям, создаются застройка и общественные пространства, которые изначально могут свободно функционировать по двум сценариям: в обычное время и во время наводнения.

Например, в проекте для набережной реки Китой в Ангарске зоны для барбекю располагаются над водой, а мостки и подходы к ним учитывают 10-процентный уровень паводка. Такая береговая линия — это уже не просто километры плиточного покрытия. Она предлагает сразу несколько сценариев: существующую набережную дублирует пешеходный путь на опорах, на нижнем уровне создается велопешеходный маршрут со специальным покрытием, которому не страшна вода. Он плавно переходит в пойму реки по насыпи, которая одновременно укрепляет берег. Получается умная инженерная защита: во-первых, она не нарушает природный ландшафт и вид на реку, во-вторых, работает как берегоукрепление и защищает от паводка.

Урбанист Григорий Соломин
Урбанист Григорий Соломин

Разрушающиеся многоэтажки и землетрясения

Несмотря на то что Россия находится в умеренно активной сейсмической зоне, есть регионы, для которых велик риск серьезных землетрясений. Это в первую очередь Сахалин, Камчатка, Северный Кавказ, Черноморское побережье, озеро Байкал, Алтай и Тыва. Здесь могут случаться землетрясения выше 6-7 баллов (оценка по 12-балльной шкале). Подземные толчки даже невысокой амплитуды мгновенно распространяются на огромную территорию: в 2020 году 6-балльное землетрясение в Иркутской области ощущалось в 400 населенных пунктах и нарушило спокойствие сотен тысяч людей.

Ситуация осложняется еще и тем, что здания, построенные в советский период массового индустриального домостроения, когда людей надо было как можно быстрее переселить из коммуналок и трущоб, теперь не соответствуют требованиям по сейсмостойкости. Прежде всего речь идет о так называемой 335-й серии — панельных домах облегченной конструкции. За 50 лет существования их стойкость уменьшилась в три раза. В одной только Иркутской области это больше 1 млн кв. м жилья. По мнению экспертов, если не предложить решение сейчас, то через несколько лет можно получить массовое неконтролируемое разрушение.

Сегодня в отношении таких регионов мы думаем о механизмах регенерации. Задача здесь несколько труднее, чем расселить пятиэтажки в Москве. С одной стороны, панельные дома собираются из стандартизированных элементов, что упрощает их обновление. При этом необходимость усиления конструкции кардинально увеличивает стоимость работ — реконструкция обходится дороже постройки нового дома. По большому счету существует два варианта реконструкции. Длинный, сложный и дорогой — когда собственники сами объединяются и делают ремонт, становясь практически девелоперами. Это возможно, только если квартиры в городе пользуются спросом. Второй вариант оказывается единственно возможным в случае с высокой сейсмической опасностью: постепенная замена домов и обновление жилого района. Важно, что параллельно с решением квартирного вопроса новое жилье наконец начинает отвечать современным стандартам: двор без машин, разнообразная застройка, энергоэффективность, новые функции в шаговой доступности.

Зачем нужен природный каркас

Одно из наихудших последствий всеобщей урбанизации — утрата природных каркасов в городах. В идеале мегаполис должны пронизывать связанные между собой зеленые сети и водные зоны города: родниковые и подводные реки, открытые водоемы, парки, бульвары, овраги.

Саратов — город на Волге, который во времена СССР был одним из крупных промышленных центров. Сегодня он, как и многие крупные города, сталкивается с проблемой повышения уровня грунтовых вод, которые подтапливают строительные конструкции. Кроме того, Саратов страдает от неконтролируемых дождевых стоков и других последствий утраченных природных связей. Все это наносит убытки городскому бюджету. При этом не каждый горожанин знает, что под городом находится целая сеть подземных рек, однажды замурованных в коллекторы. Сейчас идея возвращения рек городу всерьез обсуждается местными экспертами и урбанистами.

Зеленая сеть и водный каркас, которые сегодня необходимо восстанавливать в большинстве городов, способны достигать эффектов, невозможных для обычного благоустройства. Они снижают последствия интенсивного автомобильного трафика, очищают воздух от пыли, сдерживают распространение микрочастиц, уменьшают эффект «теплового острова», выражающегося в повышении температуры в городах на несколько градусов. Эти экологические инфраструктуры позволяют прокладывать протяженные пешеходные и веломаршруты, наконец просто дают возможность отдохнуть на природе, а не существовать в каменных джунглях. Зеленые кровли, дождевые сады во дворах и зеленых каркасах могут потреблять до 100% городских осадков. Они позволяют управлять ливневыми водами, влиять на развитие инженерных систем и выстраивать эффективную экономику.

Есть города, которые уже переходят на такую модель. В Казани, например, разрабатывают стратегию развития реки Казанки на 15 лет, определяя судьбу прибрежных территорий во всех аспектах: от экологии и туризма до водного транспорта и регулирования строительства. В Дербенте формируются «зеленые стены» — цепь природных пространств, которые они защищают город от расползающейся застройки, а у горожан появляются парки и зоны отдыха в пяти минутах от дома.

Подписывайтесь на канал +1 в Яндекс.Дзен.